Русь Изначальная

Кулачные бои и драки

Рукопашное состязание двух бойцов без применения оружия было одним из главных развлечений мужчин на праздниках. Эта забава была широко распространена у русских, но также встречалась и у других славян; она давала деревенским и городским удальцам возможность «показать силушку», проявить себя, привлечь внимание девушек и женщин, а также снять накопившееся за будни напряженье. Кроме того, рукопашные состязания, предположительно, в древности символизировали борьбу зимы и лета, повышали производительные силы природы, т.е. стимулировали плодородие земли и обильные урожаи .

Кулачные побоища в русских городах и селах начинались прямо с самого утра масленичного четверга при большом стечении народа, невзирая ни на какую погоду, и поселяне считали их обязательным развлечением. На базарную площадь собиралась вся община, от мала до велика; приходили и люди из соседних деревень. Обычно сначала дрались ребятишки (но не моложе 10 лет), потом молодые парни, а последними – мужики. На площадке для бойцов нередко состязалось одновременно несколько пар, и победители в каждой паре боролись потом друг с другом, пока не оставался только один боец, самый сильный и умелый. Некоторые удальцы боролись также с медведем; правда, такие схватки считались очень опасными, и решались на них только самые отчаянные сорвиголовы.

Русские знали четыре вида борьбы с разновидностями, и каждый вид имел определенный набор разрешенных приемов. Например, часто дрались «в схватку» («в охапки», «в обхват»), когда борец обхватывал противника (одна рука – над плечом, другая – под плечом, и обе соединяются на спине) и пытался уложить его на землю. Другой вид борьбы назывался «в одноручку» («на одну руку», «за вороток», «наперекосок»), когда соревнующиеся брали друг друга за одежду одной рукой и пытались бросить противника на землю приемом «бросок с носка». Нередко дрались и «на вольную», «не в схватку», когда борцы хватали друг друга как попало, стараясь уложить противника на спину и удержать его так, покуда он не признает свое поражение. А четвертый вид борьбы – «на поясах» («на кушаках», «за ремни», «за пояски») заключался в том, что соперники обхватывали друг друга крест-накрест, захватывая на спине пояс противника.

Помимо «честных» соревнований, на праздниках нередко происходили и драки, общие побоища. Собственно говоря, во время масленичных забав часто дрались сперва «сам на сам» (один на один), а дальше уже сходились «стеной», и после часового упорного боя устраивалась передышка. Такие соревнования были более характерны для городов; а в деревнях кулачные бои и драки чаще были разделены: бои «по правилам» устраивали на ярмарках, при большом стечении народа, а драки затевали парни на молодежных гуляниях. Как правило, драка происходила между компаниями («артелями», «ватагами») из разных деревень, и участие в таких побоищах знаменовало возрастную состоятельность юношей: в схватке они показывали свою силу, проворство и мужественность. Парней, убегающих от драки, считали трусливыми; они теряли уважение односельчан и девушки отказывались с ними гулять.

Драки случались обычно в то время, когда молодежь из нескольких деревень собиралась в одно селение на какой-либо праздник – Масленицу, святки и т.д. Какая-нибудь ватага подначивала группу из другой деревни , после чего противники кидались друг на друга и начиналось сражение. В ход пускалось разнообразное оружие: не только кулаки, но и камни, дубинки, колья, плетки, гирьки, иногда даже ножи.

Драка велась без правил, так что многие оказывались сильно избиты и покалечены, некоторые даже погибали. Тем не менее, во многих местах молодежные драки считались непременным элементом праздничного гуляния и одобрялись всей общиной. В сущности, они являлись более жестким вариантом многих зимних игрищ, таких, как взятие снежного городка или «игра в мяч». И драки, и эти игры можно рассматривать как своего рода инициацию, посвящение в братство взрослых мужчин: они готовили парней к воинской службе, а также давали выход природной мужской агрессивности, позволяли юноше самоутвердиться и возвыситься среди сверстников. Поэтому, когда завязывалась драка, поселяне обычно только смотрели на нее со стороны, не пытаясь угомонить разбушевавшуюся молодежь.

Посторонние вмешивались в драку только в том случае, если сражение становилось совсем уж беспорядочным: например, взрослые мужики могли растащить излишне разгорячившихся противников или помочь «своим» (односельчанам), если противник был более многочисленным; а девушки, старавшиеся обычно держаться подальше от дерущихся, иногда бросались в сражение, чтобы защитить поверженного дружка или брата.

В целом же, праздничные драки были делом исключительно молодых неженатых парней, представителей разных территориальных групп. Однако женатые мужики тоже нередко затевали побоища, хотя и несколько иного вида: выпив в праздник немало спиртного и изрядно «подгуляв», они начинали «задирать» прохожих, любой жест или слово могли воспринять как оскорбление и немедленно кидались на обидчика. Это уже были обычные пьяные стычки, но в них могло участвовать довольно много народу, так как «русский человек спокойно мимо драки не пройдет» – друзья и знакомые зачинщика, едва завидя потасовку, обычно спешили в ней поучаствовать. После подобных стычек многие ходили с довольно тяжелыми увечьями, а после особенно жаркой схватки расходились почти нагишом: и сорочки, и порты на иных участниках битвы бывали разодраны в клочья.

Драки и бои не только калечили людей, но и приводили к смертоубийствам. Например, в Москве, согласно свидетельству иностранных путешественников, «в течение всей Масленицы только и слышно, что того-то убили, того-то бросили в воду», «у русских на этой (масляной) неделе убитых нашлось более ста человек». То же отмечали и русские писатели: например, согласно описанию Н.И.Костомарова, «на Масленице… ночью по Москве опасно было пройти через улицу; пьяницы приходили в неистовство, и каждое утро подбираемы были трупы опившихся и убитых. <…>

В праздничные дни народ собирался на кулачные и палочные бои. Эти примерные битвы происходили обыкновенно при жилых местах, зимой чаще всего на льду. Охотники собирались в партии, и таким образом составлялись две враждебные стороны. По данному знаку свистком обе бросались одна на другую с криками; для возбуждения охоты тут же били в накры и в бубны; бойцы поражали друг друга в грудь, в лицо, в живот – бились неистово и жестоко, и очень часто многие выходили оттуда калеками, а других выносили мертвыми. Палочные бои имели подобие турниров и сопровождались убийствами еще чаще кулачных боев. Зато на них-то в особенности русские приучались к ударам и побоям, которые вообще были неразлучны со всем течением русской жизни и делали русских неустрашимыми и храбрыми на войне».

По-видимому, обычай состязаться в силе друг с другом появился еще в те древнейшие времена, когда небольшие племена людей враждовали друг с другом и военные стычки были самым обычным делом. По сути, люди вели себя подобно стае животных: самцы одной стаи сражались с другой стаей за территорию и между собой – за право оплодотворить самку и продолжить свой род; подростки, играя, боролись друг с другом, чтобы научиться сражаться всерьез. Эти первобытные инстинкты жили в человеке на протяжении столетий и находили выражение в различных народных обычаях.

Борьба, драки и различные состязания, повсеместно проводимые в городах и селах, преследовали одни и те же цели: демонстрировали молодецкую удаль и воинские достоинства, тренировку силы, ловкости и различных боевых приемов, а также служили для «выпускание пара», т.е. выбрасывания накопившихся за время рутинной работы негативных эмоций. Помимо этого, состязание давало возможность «покрасоваться» перед девушками и общиной, занять более высокое положение в социальной иерархии. Однако со временем обычай народных сражений претерпевал значительные изменения, с одной стороны, под воздействием утвердившейся морали, а с другой стороны, под давлением Церкви.

Церковь вообще не одобряла первобытные инстинкты и старалась их подавлять; она проповедовала смирение и покорность судьбе, а воинственные игры, тем более имевшие языческие корни и нередко приводившие к насильственной смерти, вопиюще противоречили ее доктрине. Соответственно, различные схватки, происходившие в праздники, были объявлены делом нечистым и бесовским. Предающихся запретным соревнованиям когда-то карали отлучением («да изгнаны будут от сынов Божьих церквей»); а убитые в драках, кулачных и палочных боях и вообще «заплатившие нечаянно жизнью за удовольствие потешиться» приравнивались к нечистым покойникам и считались проклятыми («да будут прокляти и в сей век и в будущий; аще ли нашему законоположению кто противится, ни приношения из них принимати, рекше просфоры и кутии, свечи; аще же умрет таков, к сим иерей не ходит и службы за них не творит»). Соответственно, опасные для жизни и здоровья драки потихоньку переходили в более безобидные состязания: бег наперегонки, стрельбу по мишеням, метание копий и дубинок и т.д.